ТАРИКАТ И АЛИМЫ
 

Тарикат и мюридизм зародились в III веке хиджры. И по сей день число его противников в мире не уменьшается, как, впрочем, не уменьшается и число его сторонников и защитников этого учения. С появлением тариката его знаменитые шейхи открыто выступали против шариата. И был на то повод: некоторые положения тариката никак не могут быть приняты шариатом. Поэтому многие мусульманские ученые доказывали, что шейхи тариката вышли за пределы Ислама и являются муртидами, следовательно, они подлежат соответствующему наказанию. По фетвам алимов некоторые такие шейхи тариката были в разное время казнены. Например, в 322 году хиджры (934 год Креста), был повешен видный шейх тариката Абу-Мансури ал-Лахла. Сторонники тариката считают эти казни несправедливыми и беззаконными с точки зрения Ислама. Алимы утверждают, что разговоров этих шейхов им не понять, так как они изъясняются собственными терминами. Они вроде бы и не выступают против шариата, но и не придерживаются всех его положений.

 

ПЕРВЫЙ ТАРИКАТ В ДАГЕСТАНЕ
 

В Дагестане учение тариката было известно еще 900 лет назад. Житель Дербента Фарадж бин Муса в 492 году хиджры (1098 год Креста) написал книгу «Райхан аль хъулуб» - о шейхах и мюридах. Рукопись этой книги сохранилась. Книга написана обстоятельно, в ней даются портреты шейхов и мюридов, рассказывается об их словах и деяниях. Это не был Тарикат Накшбандийа поскольку его основатель - Бахауддин Накшбанди родился только через 200 лет. Неизвестно, как долго просуществовал в Дербенте описанный Фараджем тарикат, известно лишь, что после него вплоть до ХIХ века в Дагестане не обнаружено следов других шейхов и их мюридов.

 

ПУТЬ ТАРИКАТА
 

Вот принципы тариката, открывающего праведный путь людям: всегда держать в своем сердце Аллаха, исполнять беспрекословно все предписания шариата, меньше общаться с людьми, больше времени проводить в одиночестве, меньше есть, пить, спать и разговаривать, беспрестанно повторять имена Аллаха, не копить богатств, а излишки раздавать нищим и бедным, отказаться от благ, убеждая себя в том, что комок земли и слиток золота имеют одинаковую ценность,  не стремиться к главенству. Считать себя самым недостойным, не приносить никому вреда ни словом, ни поступком, терпеливо переносить все трудности, прощать всех, кто доставил тебе неприятности, кто принес тебе горести, отвечать добром даже тем, кто причинил тебе зло. Мюрид при этом должен беспрекословно подчиняться шейху и не задавать ему никаких вопросов.

 

ТАРИКАТ НАКШБАНДИЙА
 

Считается, что Тарикат Накшбандийа был основан Мухаммедом Бахауддином из Бухары.  Накшбанди – его прозвище (в переводе означает – «чеканщик»), однако, корни его гораздо глубже.  Бахауддин Накшбанди принял тарикат от своего учителя Амира Кулала, впоследствии развил его, внес много нового, фактически разработал принципиально новую систему. Потому и стал этот тарикат называться «накшбандийским».
 

Шейхи тариката Накшбандийа считают его самым высоким, чистым и единственно соответствующим шариату. Вот как они прослежи-вают путь тариката от пророка Мухаммеда (с.а.а.в.):
 

Мухаммед Абу-Бакр,

Салман аль Фарси,

Касым Джафар уль-Садык,

Абу Язид (Баязет) аль-Сабтами,

Абу Хусейн аль-Харкани,

Абу Али аль-Фармази,

Юсуф аль-Хамадани,

Абдулхалик Нукисувани (Нахичевани),

Ариф аль-Равкири,

Махмуд аль-Факвани,

Адил аль-Раматтини,

Мухаммед-баба аль-Самаси,

Амир Кулал,

Мухаммед Бахауддин Накшбанди,

Алауддин аль-Аттари,

Якуб аль-Чархи,

Абдуллах аль-Охрар,

Мухаммед Захиди,

Дервиш Мухаммед,

Хаважаки аль-Маккинаки,

Мухаммед аль-Баки,

Ахмад аль-Фаруки аль Саринди Афгани,

Мухаммед аль Масум,

Сайлуддин,

Нурмухаммед Хабибуллах Джансанан,

Абдуллах аль Дехлеви аль Хинди,

Халди Сулеймани аль-Багдади,

Исмаил аль-Курдамирли аль-Ширвани,

Мухаммед аль-Яраги,

Джамалуддин аль-Гумуки

(См. «Силсила») 
 

Накшбандийские шейхи, подобно шейхам других тарикатов, утверждают, что их тарикат основал пророк Мухаммед (с.а.а.в.), пройдя этот путь сам.  Но этому нет никаких доказательств. Так же безосновательны их уверения в том, что пророк открыл тарикат Абу-Бакру, либо кому-то другому.

 

ТАРИКАТ НАКШБАНДИЙА В ДАГЕСТАНЕ
 

В Дагестане тарикат Накшбандийа первым принял житель Юхари-Яраг Кюринского округа, ученый-алим Мухаммед-эфенди. Он был известным в то время учителем арабского языка и религиозных дисциплин.  В свое время учился у Саида Араканского.
 

В то  время Кюрдамирский алим Исмаил-эфенди выехал в Дамаск  и принял  тарикат от самого известного в то время багдадского шейха Халида, который был родом из Сулеймании. После этого Исмаил стал распространять тарикат Накшбандийа среди ширванцев. К нему стекалось множество людей. Весть об этом дошла и до Дагестана. В то время в Ширване жил ученик Мухаммеда Яраги Хас-Мухаммед. Он пришел к Исмаилу-эфенди и принял тарикат. Позже Исмаил-эфенди сделает его устазом и направит в Дагестан. Там Хас-Мухаммед рассказал обо всем случившемся и пережитом своему наставнику Мухаммеду-эфенди Яраги, который, не мешкая, принял тарикат.  Таким образом, Хас-Мухаммед принял в мюриды своего учителя и назначил его устазом тариката, дал ему право уже самому обучать и воспитывать других мюридов.
 

Мухаммед-эфенди Яраги пожелал встретиться со старшим учителем Исмаилом-эфенди и послал ему письмо, в котором сетовал на то, что он пока не находит возможности приехать к нему.  Исмаил-эфенди ответил, что приезжать к нему необхо-димости нет, что он, находясь в Кюрдамире, «видит и внима-тельно следит» за деятельностью Мухаммеда-эфенди Яраги. Вскоре к нему в Юхари-Яраг стали отовсюду стекаться люди. Авторитет его в народе рос с каждым днем.
 

В то время властителем Кази-Кумуха и Кюры был Аслан-хан. Он прежде ничего не знал о тарикате и даже не слышал о том, что это такое. Тем не менее, его насторожил тот факт, что влияние Мухаммеда-эфенди Яраги на людей растет изо дня в день. Жил в то время в селе Юхари-Стал кадий Камиль родом из Кумуха. Аслан-хан отправил его к Мухаммеду-эфенди с поручением, узнать подробнее о нем. Камиль-кади выполнил его поручение и рассказал хану обо всем, что увидел. «Валлах, Камиль, я не могу причинить вреда человеку, который делает все, что повелел Аллах и призывает к тому остальных, - сказал Аслан-хан,но я боюсь, что русских, насторожат эти сборища, боюсь, что они придут в Дагестан. Ошибается тот, кто думает, что русские ничего об этом не знают!»

...В то время секретарем (мирзой) Аслан-хана был Джамалуддин. Он с детства почитал и глубоко изучал религию Ислама, был хорошим ученым, знал, что такое тасаввуф (суфизм). Услышав о деяниях Мухаммеда-эфенди Яраги, Джамалуддин пожелал оставить все и принять тарикат. Хан воспротивился: «Сиди на своем месте!» - приказал он. Но Джамалуддин ослушался и пошел к Мухаммеду Яраги, чтобы принять тарикат.¹
 

Тот встретил его радушно, сделал устазом, после чего повелел возвратиться. Вернувшись в Кумух, Джамалуддин стал наставлять людей на путь тариката. И к нему уже стало приходить гораздо больше людей, чем к самому Мухаммеду-эфенди.
 

Хотя хану это не нравилось, поначалу он не вмешивался. Джамалуддин же обучал тарикату с огромным рвением. Более того, он стал призывать всех своих знакомых аварских и кумыкских алимов Дагестана принять учение. В те годы в Аварии, в един-ственном во всем Дагестане не подвластном русским Койсубулин-ском участке начал выступать с проповедями Гази-Мухаммед.Он заявлял, что намерен установить в Дагестане шариат, очистить страну от пьянства, разбоев, разврата, воровства и убийств, устранить дагестанские диван-ханы суды, рассматривавшие дела согласно обычного права – адата).

 

Слава о Гази-Мухаммеде распространилась по всему Дагестану. Слух о нем дошел и до обоих шейхов – Мухаммеда-эфенди и Джамалуддина. Последний дважды звал его к себе, призывая к тарикату, на что Гази-Мухаммед отвечал: «Мне тарикат не нужен, он мужественных людей превращает в женщин!» Еще некоторое время Гази-Мухаммед  избегал общества шейхов, но однажды, когда он прибыл в Кумух к Аслан-хану по своему делу, он решил все же познакомиться с Джамалуддином. С ним был друг, которому Гази-Мухаммед сказал: «Мы идем к нему не с тем, чтобы принять тарикат, а с тем, чтобы посмотреть, что это за человек». Но как только они вошли, мысль его изменилась. Он принял тарикат от Джамалуддина и стал его мюридом. Джамалуддин очень скоро сделал его устазом и попросил его распространять тарикат дальше. С этим Гази-Мухаммед и вернулся в Аварию.

 

Он проповедовал тарикат и число его мюридов стало расти. Однажды он написал письмо своему учителю Саиду Араканскому: «Поезжай к Джамалуддину и прими от него тарикат, войди в наши дела и помоги нам установить шариат, мы тебя сделаем главным среди нас». С того времени сподвижников Гази-Мухаммеда и стали называть мюридами, а до этого мюриды были лишь в Кюринском округе и в Лакии.

 

Спустя некоторое время Джамалуддин позвал к себе Гази-Мухаммеда и отправил его к Мухаммеду-эфенди. Последний принял его очень хорошо, раскрыл ему таинства учения и тоже дал право распространять тарикат.²

 

Джамалуддин же еще некоторое время оставался в Кумухе. Хан покуда не вмешивался в его дела. Но недоброжелатели доносили на него и клеветали. Джамалуддин был вынужден бежать к Гази-Мухаммеду.

 

В Аварии Гази-Мухаммед усиленно устанавливал шариат и призывал к тарикату. Кроме того, он начал воевать против дагестанцев, которые отвергали шариат, и против русских, которые препятствовали его распространению. Гази-Мухаммед задумал начать военные действия задолго до этого, и вот они совпали с приездом Джамалуддина. Русские же решили, что именно шейхи подтолкнули Гази-Мухаммеда к этому решению.

 

Генерал Ермолов приказал губернатору Дагестанской области князю Мадатову арестовать Мухаммада-эфенди. Но не без тайной помощи Аслан-хана ему удалось скрыться.³ В 1247 году хиджры Гази-Мухаммед увез Мухаммеда-эфенди в Аварию.

 

ДАГЕСТАНСКИЕ АЛИМЫ И ТАРИКАТ
 

Несмотря на то, что в Дагестане долгое время не было шейхов, дагестанские алимы издавна знали о существовании учения тариката. Популярными были книги, написанные сторонниками тариката. В них нет прямой критики тариката и шейхов, не сказано о том, что они заблуждаются. Иными словами, среди дагестанских алимов не было противников тариката. Объясняется это тем, что малое количество шейхов и мюридов не вызывало необходимости выступать против них.

 

В начале ХYIII века один из дагестанских алимов из аула Кудутль Койсубулинского общества Мухаммед-эфенди, будучи в Мекке, встретился там с осевшим йеменским алимом Салихом, который выступал против шейхов тариката. Из Мекки Мухаммед-эфенди Кудутлинский привез необычные для Дагестана идеи. Привез он книги, написанные Салихом Йеменским и другими авторами, пытаясь распространить их идеи в Дагестане. Но мало кто из дагестанских алимов разделил их, а некоторые даже выступали против. Так или иначе, идеи Мухаммеда-эфенди Кудутлинского не были забыты.

 

И вот, в начале ХIХ века в Дагестане широко распространился тарикат. Некоторые ученые выступили против него. Например, известный алим из Акуша Барка-кади в письме Мухаммеду-эфенди доказывал, что тарикат противоречит шариату.  Кроме того, услышав, что Аслан-хан не любит шейхов и мюридов, что Джамалуддин бежал от него и что в Хунзахе Гази-Мухаммед потерпел поражение, Барка-кади Акушинский явился к Аслан-хану и сказал: «Пошли ко мне Мухаммада-эфенди (Яраги), и я докажу ему, что тарикат противоречит шариату». Аслан-хану это понравилось. Он вызвал Мухаммеда-эфенди Яраги. Когда Яраги прибыл, намерения Аслан-хана изменились. Он сказал: «О, нет! Я не могу заточить тебя в темнице с неправедными людьми!» Он не только не допустил диспута двух ученых, он прогнал с позором и оскроблениями Барка-кади: «Ты мне не нужен! Отправляйся к себе!»

 

Один из самых крупных дагестанских алимов Саид Араканский не отрицал учения тариката, но выступал против Мухаммеда-эфенди и Джамалуддина. «Их тарикат противоречит шариату», - повторял он. Тогда Джамалуддин написал ему следующее письмо: «Будь терпеливым и терпимым и не отталкивай мусульман от их религии!»

 

В этом письме Джамалуддин защищал тарикат и все, что с ним связано, убеждая в том, что это самый высокий и самый чистый путь к совершенству. В тарикате нет ни одного слова, противоречащего шариату, утверждал он. Ответил ли  на это письмо Саид Араканский – этого я не знаю. Известно лишь то, что он не поддерживал ни шейхов, ни имама.

 

Выступал против дагестанских имамов и шейхов тариката и Айуб-кади из Верхнего Дженгутая. В своей книге он призывал народ не принимать тарикат, назвал его происками шайтана и молил Аллаха испепелить тарикатистов молнией.

 

ТАРИКАТ И ВОЙНА
 

Вели ли в древности мюриды, возглавляемые шейхами, религи-озные войны? Сведений об этом мало. Первым дагестанским шейхом, воевавшим за веру, был Пинажвадин. Он обращал людей в Ислам, предпринимал походы в Чечню и Черкессию. Остались народные предания.

 

Впервые после него воевать за веру начал имам Гази-Мухаммед. Как уже говорилось, он начал свою деятельность с распро-странения шариата и преуспел в этом деле. Поначалу он ограничивал свою деятельность проповедями. Если у него и возникало желание прибегнуть к силе оружия, он сдерживал его, накапливая силы. И вот, когда настал час, он повел с шейхом Мухаммедом Яраги разговор о священной войне. Шейх сказал ему: «Оставь дела с ханами, не воюй с ними, пусть даже они дурные и неправедные люди!»

 

Гази-Мухаммед в раздумиях вернулся домой. Продолжал устанав-ливать шариат и распространять тарикат.

 

Через некоторое время он вновь задумал поднять свое войско. Джамалуддин отговаривал его: -Сейчас твоя задача – установить шариат. Дагестанцы не отказываются от него, они сами идут к тебе. Даже шамхал Тарковский дважды присылал тебе письма с просьбой установить в его владениях шариат, но ты к нему не пошел. В третий раз он написал тебе: «Если ты не придешь ко мне научить меня Исламу, то в Судный день я стану твоим обвинителем перед Аллахом!» Ты тогда просил моего разрешения, я дал тебе его, и ты поехал...В шамхальских землях ты выступал с проповедями, после них народ стал исправляться. Если ты начнешь войну, между мусульманами начнутся раздоры. Люди подумают, что ты стремишься к главенству. Кроме того, Мухаммед-эфенди (Яраги) сейчас находится у ханов и у русских, как ясырь (заложник). Если ты подымешь войско, они решат, что ты действуешь по его наущению и замучают его. Они принесут зло. Русские начнут наступление на Дагестан.Не торопись. Не уподобляйся тому, кто бьет палкой по ульям, тревожа рой пчел. Не тревожь русских, иначе они изжалят Дагестан. И если ты не сможешь противостоять им, они разорят аулы, уничтожат веру, возьмут в плен мужчин и надругаются над женщинами. Потом наших людей сделают солдатами, ибо такие у них заботы и замыслы, да убережет нас Аллах от этого!

 

...Гази-Мухаммед ослушался и начал военные действия. Первым делом он пошел на Хунзах, но потерпел там неудачу. После поражения он сказал своим сподвижникам: «Это случилось потому, что я ослушался своего устаза Мухаммеда-эфенди, который при-зывал меня не воевать против ханов».

 

О том же, что сказал ему Джамалуддин, Гази-Мухаммед не проронил и слова.  Хунзахская ханша Баху-бике, опасаясь, что Гази-Мухаммед придет вторично, вызвала на помощь русские войска, которые пришли незамедлительно и расположились под Гимрами. Гимринцы захотели мира с русскими. Этого же пожелал и Шамиль со своим дядей Бартыханом Гази-Мухаммед рассорился с ними и они долгое время не разговаривали друг с другом.⁴

 

Что касается Джамалуддина, он был занят тарикатом и своими мюридами. Когда он убедился в том, что Шамиль сможет воевать с русскими, он стал помогать ему, сколько это было в его силах.

 

Джамалуддин и четыре других шейха, принявшие от него тарикат, были при Шамиле. Они проповедовали войну за веру, призывали людей поддержать Шамиля. Кроме этих шейхов при Шамиле были и другие – шейхи из аула Заху Кубинского уезда Хаджи-Али, Асхар, Ташав-Хаджи и Кунта-Хаджи из Чечни.

 

Ташав-Хаджи был устазом Кунта-Хаджи, тарикат его был не накшбандийским. Сам ли он стал шейхом, либо принял его от кого-то другого – я не смог этого установить.

 

Пока были войны Шамиля и его мюридов с русскими, на захваченных русскими землях Дагестана разспространять тарикат было трудно. После пленения Шамиля русский царь примирился с дагестанскими шейхами и остальным народом. Он дал им разрешение отправлять свои религиозные обряды, как они хотят, разрешил ходить к шейхам и мюридам всему остальному народу.  Поэтому в Дагестане и Чечне движение тариката и распростра-нилось так широко. Стало очень много шейхов и мюридов. В конце концов это насторожило русских. Многих шейхов потом арестовали и сослали в Сибирь. Кто-то умер в ссылке, кому-то удалось бежать в Турцию. Оставшиеся в живых через некоторое время вернулись. После этого в Дагестане движение тариката возродилось, вновь появилось много шейхов и мюридов. Но после русской революции их дела пошли на спад и вскоре они исчезли.

Перевел с лакского Ильяс Каяев

ЗАМЕЧАНИЯ РЕДАКТОРА: [Муртазали Дугричилов]

1. Согласно другим историческим источникам Джамалуддин отпра-вился к Мухаммаду Яраги по поручению самого Аслан-хана. Встретившись с шейхом и попав под его влияние, Джамалуддин принял тарикат, а вернувшись домой, отказался от своей дол-жности при дворе и от 13 деревень, которыми он владел.

 

2. Остальные источники указывают на то, что, не получив от Джа-малуддина фетву на газават, Гази-Мухаммед отправился за ней к Мухаммеду Яраги и добился его разрешения вести священную войну. 

 

3. Хроники Мухаммеда аль Карахи и других авторов свидетельству-ют о том, что Гази-Мухаммед, услышав о приказе Ермолова, сам, без помощи и подсказки Аслан-хана отправился с войском на выручку к Мухаммеду Яраги и вывез его в аул Согратль, где шейх прожил до своего последнего дня. 

 

4. Эта трактовка  так же  противоречит общеизвестному истори-ческому факту: Шамиль был изгнан гимринцами и поселился в родном ауле своей матери Ашильта.