2005-02-20
Что стоит за квартирными войнами?

Контртеррористическая операция на Северном Кавказе вошла в новую фазу – квартирную. Едва ли не каждую неделю, а то и пару раз на неделе, спецназ МВД на основании оперативной информации оцепляет жилой квартал то в одной, то в другой столице кавказских республик.

В квартире одного из жилых домов неизменно обнаруживают забаррикадировавшихся боевиков, полсуток или сутки ведут осаду и безуспешные переговоры, а потом штурмуют. В результате через день или два общественности сообщают никому ничего не говорящие фамилии убитых, демонстрируют обгоревшие трупы и обгоревшее оружие.

Несколько удивительным выглядит то, что раньше ничего подобного никогда не случалось, теперь же квартирные операции следуют одна за другой по одному и тому же сценарию.

Можно предположить, что МВД получило какую-то ценнейшую информацию о террористической сети, т. е. те самые пресловутые имена, адреса, явки. Однако странно в таком случае, что боевики их не покидают, а неизменно дожидаются осады. Но еще более странно, что при такой информированности спецслужбам не удается взять никого живыми (за исключением неких невнятных «пособников боевиков»).

Пока главным результатом квартирных войн считается уничтожение в Нальчике верхушки так называемого джамаата «Ярмук». При этом общество чрезвычайно мало знает о том, что представляет из себя этот таинственный джамаат. Какие боевые подвиги на его счету, сколько в нем, по оперативным данным, членов и как они вооружены? Обыватель может лишь понять, что спецслужбы ведут успешную и несколько слишком регулярную войну с невидимым врагом. Причем линия фронта, как и говорил осенью спикер Грызлов, проходит через каждый двор и через каждый дом (по крайней мере, на Северном Кавказе). Численность врага и уровень его могущества также не известны, но, судя по сводкам милицейской активности, чрезвычайны.

Судите сами: в отчете на недавней коллегии МВД министр Нургалиев сообщил, что за прошлый год было предотвращено более 250 терактов. Каков размах террористической деятельности!..

Не вполне ясна методика, по которой МВД высчитывает «предотвращенные теракты». Но общий смысл цифры ясен. Записывая себе в актив любой обнаруженный склад боеприпасов или найденное взрывное устройство, объявляя о непременной «серии терактов на территории России», готовившейся каждыми новыми героями квартирных войн, спецслужбы готовят себе оправдание на случай терактов непредотвращенных. Взрывы двух самолетов, взрывы на «Рижской» и «Автозаводской», наконец, Беслан – это всего пять терактов, т. е. число этих непредотвращенных терактов относится к количеству терактов предотвращенных как 1 к 50. Кто ж скажет, что спецслужбы работают неэффективно?

На фоне очевидного пристрастия российских спецслужб к лукавым цифрам и ярким пиар-операциям настороженность в отношении квартирных войн кажется вполне обоснованной. Кроме того, уже есть история с якобы обезвреженными в Махачкале членами банды «Дженнет», которая серийно убивала дагестанских милицейских руководителей и милиционеров. Сначала дагестанские силовики дружно доложили, что среди уничтоженных в ходе штурма квартиры на окраине Махачкалы – члены этой банды. Потом оказалось, что уничтожены чуть ли не простые уголовники. А после этой спецоперации в Дагестане были убиты еще несколько милиционеров, включая заместителя министра внутренних дел республики.

Наконец, сводки спецслужб об их успехах, призванные оттенить бывшие и будущие неудачи, приходят в почти шизофреническое противоречие с официальной доктриной Кремля относительно ситуации на Северном Кавказе.

Согласно этой доктрине, «никакой войны в Чечне нет», нет и «расползания» конфликта по соседним республикам – напротив, почти повсеместно «налаживается мирная жизнь» (об этом сегодня много говорил ингушский президент Зязиков на пресс-конференции в Москве), а имеющие место теракты суть проявления международного терроризма. Однако, с другой стороны, милицейские сводки о количестве предотвращенных терактов, равно как и еженедельные квартирные бои с использованием тяжелого вооружения и газов по разным городам Кавказа, явно противоречат всем этим тезисам. Напротив, создается впечатление о существовании колоссальной сети джамаатов и других организаций, связанных между собой, координирующих свою деятельность и покрывших плотной сетью весь Северный Кавказ. Таким образом, и квартирные войны, и отчетность спецслужб по своим успехам подтверждают как раз не тезис Кремля о локализации и даже практически полном подавлении чеченского сопротивления, а главный тезис лидеров сепаратистов – о «расползании чеченской войны» по всему Северному Кавказу.

Но кому и чему должны верить мы, обыкновенные обыватели? «Мирному» пиару Кремля или «боевому» пиару спецслужб? И еще интересно: в какую из двух версий более верит президент? Хочется знать: эта несколько шизофреническая картина создается специально для нас или отражает представления о мире самих обитателей Кремля?

Другие статьи раздела